| |
| Это было из разряда озарений. Откуда ни возьмись. Ещё одно мне было по пробуждении. Из-за этой мысли я окончательно высвободился из эротических сновидений и с нею уже потрясённый ясностью и простотой уставился в самый настоящий потолок. Можно добиться взаимности от любого объекта желания, приложив достаточно сил. Подтверждения нашёл в опыте. Сколько раз я добивался. Сколько раз меня добивались самые страшные представительницы женского пола, просто обладая желанием, терпением и настойчивостью. | |
|
| Товарищ, помни! Женищна - это придорожный хлам. Только подобрав, ты превращаешь хлам в сокровище. | |
|
| Как верно выразился сценарист устами доктора Хауса, ты не любишь эту девушку. Девушка, которую ты любишь, в твоей голове. Это о моих встречах. Вот встречаюсь с девушкой, с которой связывают, пусть не чувства, но отношения, пусть, приятельские. Приятельские отношения и 50 баксов, которые она приехала вернуть. Она поджидает на скамейке во дворе, я возвращаюсь из продуктового. Сажусь рядом, спрашиваю, как дела? Она пьёт пиво и в подробностях с эмоциями рассказывает о паршивом последнем месте работы. Я мирно слушаю, задаю наводящие вопросы, достаю из пакета и откупориваю бутылку с йогуртом, вскрываю кулёк с грецкими орехами. Ем. Целый день не ел. Жую, слушаю. Проходит время. Минут десять. Смотрю на часы: «Ёлки-палки, «Код да Винчи» начался!», - встаю. «Эээ, может, зайдёшь?» «Нет, мне же далеко домой ехать». Ну, я пошёл.
Так хотелось встреч. | |
|
| Кажется, волнующие встречи, встречи, кажется, меняющие жизнь, случаются только в кино.
Так давно не было таких встреч в моей жизни. Кажется, так давно. | |
|
| Я выпил водки, и поэтому давайте вам расскажу вот какую историю. И толкну в финале тост.
Лежал я накануне дня святого нашего Валентина в своей постели сам утречком, пытался заснуть. И на сон грядущий вспомнилась мне девочка. Моя первая любовь. Из детского сада. Витой её звали. И фамилия у неё очень милая и очень редкая. На букву «Б». Просто не хочу обнародовать, а фамилия очень пристойная, очень милая, больше в жизни людей с такой фамилией не встречал. И подорвался. А попробую-ка я найти Виту в Интернете! И, что вы думаете, нагуглил даже мейл!
И, недолго думая, написал письмо. Вот такого содержания, буквально, копипейст, только фамилии её и свою сокращаю:
Здравствуйте, Вика!
Меня зовут Сергей В. Вспоминал Харьков, где я уже 10 лет не живу, на
память пришла девочка Вита Б (её тогда звали Вита), с которой мы ходили в
один детсад в доме с кинотеатром "Зирка". Однажды Вита сломала руку, её забрала
скорая, а я плакал от жалости. Вы ли это?
Нагуглил ваш мейл. Если это вы - та Вита Б, можно вас попросить выслать
ваши детские фото?
С грядущим днем св. Валентина, особенно если вы та самая Вита
Сергей
И знаете, что мне ответил адресат? Нихера он мне не ответил. И это притом что адресат, я нагуглил, психолог и поэт. Врачеватель человеческих душ во всех смыслах.
Я допускаю вариант, что Вита лет 15 как семейная женщина, и ей не нужны бередящие душу расклады. Ну, так напиши: я, уважаемый Сергей В, уже 15 лет другому отдана, я буду век ему верна, аки Татьяна Ларина. Так что, извини, всего доброго.
И я с большим трудом допускаю вариант, что ей попросту неинтересно. Но она же психолог! Поэт, ёлки-палки! Как можно не откликнуться ваще на писк человеческой души, особенно если она из одной с тобой песочницы?!
А если не из одной, так тем более, чего б ни черкнуть: ошибочка вышла. Вы смешной!
Можно было бы решить, что автор запроса детских фото – из гадкого педофильского сословья. Ну так я ж конкретные тонкие обстоятельства жизни изложил – детский сад в доме с кинотеатром «Зирка», сломанная рука, как можно заподозрить в авторе сетевого сексуального маньяка?
До сих пор думаю, почему не ответила, и до сих пор - уже месяц - жду ответа.
Или вот другая история. Звонит мне девица. Хочет встречи. Я говорю, извини, дорогая, я в другом городе, вернусь – позвоню.
Возвращаюсь и звоню. Она: рада тебя слышать, вечером можем встретиться. Я, наученный обогащающимся с каждой неделей опытом неперезвонов, уточняю: тебе удобно самой позвонить или я наберу? Она: я позвоню. И, вы догадываетесь: не позвонила.
Объясните мне этот феномен. Я способен только на метафизические объяснения. Бытовых человеческих объяснений этому явлению природы у меня нет. Как можно обещать перезвонить и не перезвонить?
Люди, вы же таким образом ясно даете понять, какое место в вашей жизни занимает абонент. Нулевое. Дело не в ущемлённом самолюбии, а в конкретных логичных выводах и вытекающих из них нулевых перспективах дальнейшего общения.
Ну, не обещайте вы перезвонить! Придумайте что-нибудь: голова болит, прадедушка умер - не до тебя, квартальный план, месячный отчёт, вши, глисты, выхожу замуж, не берите трубку, не звоните, чтоб пообещать, что перезвоните. Это на тот случай, если не хватает смелости просто быть честными. Неужели не понятно, что пообещав позвонить и не позвонив, вы прощаетесь с человеком. Только не по-русски: а пошёл ты нахуй! И не по-английски. По-английски – это молча. А по-жидовски: с прежним тортиком в другие гости. Только прежний тортик скисает.
Между прочим, от вышеупомянутого самолюбия моего бытового человеческого ничего почти уже не осталось. От полного его изничтожения в кашу спасает один-единственный человек. Но так же нельзя! Нельзя зависеть от одного человека!
То есть, вопрос: «Ты меня уважаешь?» по традиции русских пьянок носит риторический характер. И если ты меня не уважаешь, то… я вообще не знаю. Вообще, какого хуя? Правильно я говорю?
Короче, с прошедшим вас праздником восьмое марта, дорогие товарищи женщины! Храните тортики в сберегательной кассе. Если они у вас, конечно, есть. | |
|
| Мы встретились под Харьковским театром Шевченко, чтобы послушать там американский джазовый квартет. В течение концерта она морозила мне в ухо такую чушь и так громко, что я её начал стесняться. Более дилетантские комментарии к происходящему на сцене сложно было придумать. В перерывах между композициями она хлопала, как подорванная, отчего я её стеснялся ещё больше. Стоит добавить, что мы виделись впервые в жизни.
Через несколько дней я её позвал на футбол. Она примчалась на такси, потому что живёт аккурат возле стелы, на которой написано: «Харьков 1954», обозначающей черту города, а я позвонил за 40 минут до начала матча. Однако подушку под зад она захватить не забыла. В тот вечер была минусовая температура.
Первым делом она справилась, в какой форме наши, хотя на мне была шапочка клубной расцветки, да весь стадион был на клубных цветах, и тут же заподозрила наших в том, что их на поле больше - несправедливо. Затем она принялась путать наших чернокожих нападающего и защитника. Вначале второго тайма она спросила: почему наши пытаются забить не в те ворота?
Наши проигрывали, и я выразил надежду, что тренер выпустит нападающего Олейника. Она сказала: не выпустит, у них договорённость с Динамо, Олейник сегодня играть не будет. Я в шоке спросил: откуда ты знаешь? Она сказала, что прочитала на сайте. Я спросил: на каком? Она сказала, не помнит, ей ссылку прислали. Потом усомнилась в справедливости офсайда. А я не заметил.
Теперь стоит сказать, что она занимается фортепиано, учит сольфеджио и всё такое, из чего следует, что на джазе она чувствовала себя в своей тарелке так же, как и на футболе.
Я только строю предположения, почему она прикидывается дурочкой.
Вообще, она производит конкретное впечатление провинциалки. Ну, то есть колхоза. Она через предложение говорит: «Жестко!» и три раза вставляет в предложение: «Короче».
Итак, она учится играть на пианино, шарит в футболе на пользовательском уровне, занимается балльными танцами, она частный предприниматель, оформляет торжества воздушными шариками, она пользуется компьютером лучше меня, ей 27, но кажется, что она придурковатый тинэйджер. Она носит скобы на зубах, поэтому улыбается с закрытым ртом. Но иногда не сдерживается, и я вижу огромные щербины.
Ещё я отчётливо понимаю, что она очень неравнодушна ко мне. Не потому что на первом свидании она кладёт голову мне на плечо, сидя с ногами на диване модного кафе. А потому что одиннадцать лет назад мы переписывались. Она читала харьковскую газету, где я рулил молодёжным отделом. Написала, а я ответил. Я не помню, что она писала, и что я ей отвечал. А она помнит. Она нашла меня в ЖЖ. Не этот аккаунт, а там, где я по фамилии.
Она ждёт меня на остановке с яблочным соком, потому что накануне я заметил, что виски с ним – самое то. Я ковыряюсь в Интернете за её компом, она ставит тарелку с круассанами. Среди выцветших постеров Aerosmith, Rolling Stones и Шуры на её стене мой потрет, который она тоже нашла в Интернете. Я прошу убрать. Она переворачивает его лицом к Aerosmith, но на столешнице ещё один, точно такой же, только поменьше.
Удивительно, что при мне она раскована. Я бы так не мог. Нет, она просит, чтоб я отвернулся, когда натягивает колготки. Но снять джинсы с улицы я ей не мешаю, и когда я пью чай, она повторяет: «Не хрюкай!» И пока я ковыряюсь в Интернете, она засыпает на диване за моей спиной.
Она предлагает остаться. Я точно знаю, что она хочет секса со мной. Она норовит ко мне прикоснуться. У неё прекрасная фигура. Я полагаю, что она хорошо делает секс: она гибка и раскована. И она умная девочка. Я не остаюсь. Потому что не уверен, что не пожалею об этом – о том, что сблизился.
Она пишет вот такие стихи:
Очень хотела. Не получила.
Жизнь, ты плохо меня учила.
Знать, пожалела. Знать, баловала.
Сколько давала! Мне всё было мало.
Лето летело. Осень синела.
Счастье кровавое тихо болело.
Дыни дымились (так тлела их мякоть).
Трескались линии кожи измятой.
Никто не предскажет: ни эхо, ни Глоба -
последствия не прозвучавшего слова,
последствия не покидающей мысли,
что давит на оба плеча коромыслом.
Ах, как бы я пела!
Я б горло сорвала.
Гортань бы болела,
а ночь была алой!
Перепила? Или перелюбила?
Результат одинаков: сломались стропила
разума. Вот тебе щепки и гвозди.
Где ты, урод мой? Я чувствую - возле…
Я не понимаю одного: зачем она прикидывается дурой? | |
|
| Когда МакДональдс ещё не считался тошниловкой, но сеть ресторанов быстрого питания уже потеряла флёр исключительности – когда МакДональдсы превратились в приемлемое место незначительной встречи, в одном из них договорились съесть по рожку мороженного я и моя бывшая девушка, с которой случайно пересеклись днём в городе. Это был май, тёплые светлые вечера с высокими облаками, отражающими закат, подходящие для сидения за алюминиевым столиком на террасе. Вот мы и сидели за столиком часа два, а то и дольше. Блондинка рассказывала содержание фильма «Ванильные небеса», который только вышел на экраны. Она обожала кино и старалась не пропускать премьеры. Особенно, если фильм обещал нести глубокую смысловую нагрузку. Она рассказывала историю «Ванильных небес» увлечённо и в таких подробностях, что у меня сложилось впечатление от вечера, будто весь он состоял из этого рассказа. Однако всё, что я почерпнул из монолога: главные роли исполняют Том Круз и Пенелопа с фамилией-омофоном, а фильм сюрреалистичен и что мне его настоятельно рекомендуют к просмотру.
В виду своей профессии я не хожу за деньги в кино и на другие культурно-массовые мероприятия. Случая познакомиться с «Ванильными небесами» в рамках выполнения служебного долга не выпадало, а потом я забыл о них думать. Столько фильмов выходит каждую неделю!
Тот вечер оказался роковым. Он стал причиной для обвинения меня актуальной на тот момент девушкой – а это была ни кто иная как Принцесса Моего Цирка - в измене. Блондинка и Принцесса были сокурсницами (shit happens! – как комментировала оригинальной цитатой из Воннегута всякие неприятные жизненные ситуации Принцесса). Они учились в вузе, воспитывающем из студентов не столько профессионалов, сколько интеллектуалов, ярких индивидуальностей и лидеров, терпеть не могли друг друга, а я служил поспевшим с небес яблоком раздора. И наша встреча с блондинкой, конечно же, стала на ближайшей паре достоянием Принцессы. Равно как и приключения из жизни обеих становились достоянием моих ушей. Сплетни о Принцессе я делил на трёхзначное число неприязни блондинки к сокурснице и своего чувства к возлюбленной с вытекающим из него доверием. Руководствуясь последними величинами, не сильно боялся и перспективы того, что Принцесса узнает о нашей встрече с блондинкой. Потому что чего мне было бояться? Я всё свободное время проводил с Принцессой, иного мне не надо было, и это было понятно.
В тот вечер Принцесса оказалась занята. Я решил занять свой вечер встречей с человеком, чувства к которому подпадают под определение «приятельские» и сверх того окрашены разве что ностальгией. И, честно говоря, увлечённый этим окрасом, даже проводил блондинку до подъезда.
То, что Принцесса уже была в поиске повода расстаться со мной, я понял спустя годы. Таким сильным было и оставалось моё чувство к ней с вытекающим из него доверием.
А сегодня я обнаружил в программке «Ванильные небеса». Том Круз, Пенелопа Круз и Камерон Диас. Кадры цепочкой воскрешали историю, которую мне поведали несколько лет назад. Кажется, и этот цвет небес я уже видел. И морали давно ясны: горькая правда жизни всё же лучше сладких иллюзий, и сладости любви не ощутишь без горечи.
Ещё подумалось: поразительно, самый мрачный личный опыт оказался самым ярким. Впрочем, в этом нет парадокса. Да и подумалось по-другому: самое худшее оказалось самым лучшим. | |
|
| Итак, жизнь приобретает черты Хроник Заводной Птицы. Я получил статус безработного. Никогда прежде не был официально безработным. Отсутствие работы это не безделье. Это свобода. Именно поэтому боятся потерять работу. Ключ к пониманию страха перед свободой лежит в максиме, которую сложно постичь несвободному человеку: свобода это ответственность. Теперь только ты принимаешь решения, у тебя нет шанса расслабиться – потерять волю, и положиться на начальника, работодателя. Свобода это и есть воля. Теперь только тебе решать, как распределить сутки и чем их наполнить. Я опускаю денежный вопрос, потому что его решает пособие по безработице. Не только для меня – для каждого. Но от этого потеря работы для многих не теряет трагичности. Потому что капслоком становится вопрос, которого раньше здесь не стояло: что делать? Буквально что делать сейчас, сию секунду? Раньше нужно было проснуться в 8.00, в крайнем случае, в 8.15, поставить чайник, тем временем умыться, почистить зубы, затем достать из шкафа и надеть униформу (набор вещей, соответствующий дресс-коду занятия), положить в карман деньги в сумме стандартных карманных расходов плюс запланированные покупки, пройти протоптанной дорожкой к транспортной остановке, учесть утреннюю пробку, она же час-пик, включить рабочий компьютер, залить кипятком из кипятильника стик растворимого кофе в офисной чашке, проверить корпоративную почту, хуячить (ведь так вы называете выполнение рутинных действий на благо компании) с 10.00 до 18.00 с перерывом на обед на стандартную сумму плюс-минус пятёрка, на чтение ЖЖ и трёп в аське, вернуться домой в 19.00-21.00 и лечь спать и при этом уснуть во столько, чтобы проснуться в 8.00, в крайнем случае, в 8.15 в состоянии, годном к тому, чтобы с 10.00 до 18.00 хуячить. То есть работа регламентирует все ваши 24 часа, имеющиеся в сутках, все семь дней недели, все недели месяца и все месяцы года, включая время отпуска, который вам надлежит провести так, чтобы по его окончании быть в состоянии хуячить с 10.00 до 18.00 остающиеся до следующего отпуска 11 месяцев. Шаг влево или вправо в вашем конкретном случае сути не меняют: конструкция стойкая, структура стабильна. Палка рутины о двух концах. С одной стороны она пахнет унылым говном, с другой стороны, не приходится заморачиваться: палка всегда в нужный момент даст тебе, как ослу, по жопе – можно тупить. Потеря работы чистит мозги буквально – лишает шор. Теперь тебе, молодой человек, везде дорога, а угол обзора при этом равен 360 градусам. ТЕБЕ решать, куда поворачивать оглобли. Нет дрына рутины за спиной – твоего ежедневного мотиватора. Теперь мотивация – твой внутренний резерв, который следует изыскать. Ища побуждения к действиям, задавая вопросы: зачем и зачем, и зачем, и зачем, ты, в конце концов, задумываешься о главном. И двигаешься в его сторону. Даже если ты решил, что в движении смысла нет, и поэтому застываешь, ты всё равно идёшь к главному. Чего с тобой, поверь, не происходило, когда была стабильная работа, когда ты имел обязательства перед кем-то посторонним, когда за тебя отвечал кто-то другой, у которого главное что-то другое – не твоё. Итак, ты обрёл свободу. Выпав из нёсшего тебя потока, ты теряешь не только направление своих движений, но и ограничение в их силе – как в невесомости. Ты можешь совершать фантастические шаги. Я чувствую приключения. ( оттуда ) | |
|
| Описать любовь очень просто: комфорт и возбуждение одновременно.
Вот так бы валяться на тахте вдвоём, болтать, громко смеяться, прикасаться. Слушать рок-н-ролл, пить алкоголь, курить сигареты, чувствовать комфорт и возбуждение одновременно.
Или хотя бы жрать алкоголь, курить сигареты, валяться на диване поблизости, говорить чепуху с конкретной целью, слушать громко рок-н-ролл, танцевать пьяные танцы – чувствовать возбуждение.
Но у меня нет тахты. У меня диван, на котором двое могут валяться только друг на друге. И матрас. Но на нём хуже слышно рок-н-ролл и нельзя курить. Поэтому я пью алкоголь, слушаю рок-н-ролл и танцую с сигаретой в зубах Би Боп Э Лула Щиз Май Бэйби безо всякой бэйби. А вы знаете, я слышал Джонни Би Гуд в авторском исполнении. | |
|
| Посмотрел на Кристину Агилеру. «Надо быть в курсе», - как сказал я Каролине Ашион в ожидании выхода американской поп-звезды на сцену, и директриса компании, проводящей джазовый фестиваль До#Дж, разделила мою позицию. Спросил, как ей Эл Джерро? Я-то не ходил: не люблю, а быть в курсе - некогда было. Так понял, что Каролине больше понравилась бэк-вокалистка, чем Эл Джерро. Кстати, осеннего До#Джа не будет, призналась мулатка: кризис. Теперь у всех фишка: оправдывать любую хуйню кризисом. Чо не написал статью? – спросят у меня в редакции. Так кризис! – отвечу я, и буду прав.
А мне больше понравились бэк-вокалистки Кристины Агилеры. А ещё больше – чернож чернокожая задастая бэк-танцовщица. В общем, ушёл с концерта. Теперь у меня фишка: уходить с концертов?
Накануне на служебном входе разговорился с юными журналистками. Девушки делились впечатлениями от концерта Дип Пёпл. Я-то не ходил: быть в курсе - некогда было, и уже не люблю ни Дип Пёпл, ни остатки чьей-либо былой роскоши. (Хотя память о любви люблю.) Девушка делилась впечатлениями: «Атмосфера понравилась. Хотя это музыка, скорее, вашего поколения». Нихуясибе, подумал я, «вашего поколения». Да я, да я!.. Да я просто не побрился, а щетина, блять, седая. Да и правда, юные журналистки чуть ли ни в два раза меня младше. И в журналистском поп-звездном пуле ровно две известные мне рожи. «Кто эти люди?», - каждый раз шутим мы, уже ветераны культурной журналистики, обводя взглядом толпу незнакомцев с бейджиками. Над собой шутим, я так думаю. И чувствуем себя на празднике жизни не пришей кобыле хуй. Во всяком случае, я так чувствую. Остальные «остепенились», а мне зачем-то «надо быть в курсе».
Блять, «моё поколение»! Моё поколение, девочка, молчит по углам, моё поколение не смеет петь, моё поколение чувствует боль, но снова ставит себя под плеть, моё поколение смотрит вниз, моё поколение боится дня, моё поколение пестует ночь, а по утрам ест себя. Врубаешься, на что намекаю? Группа «Алиса», новая волна, слышала про такое? А Дип Пёпл я любил в 8-м классе.
И по пути домой зашёл в гастроном, купил творожный десерт, зефир в шоколаде и грузинский лимонад «Тархун» по цене немецкого пива. Пусть думают, что я детям. Впрочем, у меня могли бы быть такие дети, которые уже предпочитают пиво втихаря от предков.
Открыл дома лимонад и включил группу Pixies, знаете такую? | |
|
| Если вам за 30, но у вас высокая самооценка, зайдите на сайт одноклассники.ру, и вас попустит. Вы увидите однокашников: растолстевших, лысеющих, бородатых, седеющих, с помятыми годами рожами и обнаружите в них своё отражение. Ещё вы узнаете, что у них жёны, мужья, дети. Взрослые дети. Дети – девушки, подобных которым вы провожаете взглядом на улице. И поймёте, что вы – лузер. Самый настоящий лузер. Про которых снимают комедии с Пьером Ришаром в главной роли. Конечно, в качестве утешения можно вспомнить человека без возраста ( Бориса Гребенщикова ) Но вы-то – не Борис Гребенщиков. Я тоже побрился наголо. Напившись чачи, в ванной. В порядке репетиции самоубийства. Ушло четыре лезвия. | |
|
| Ой, да-да, ой, да-да, ой, дай-дай-дай. А вы знаете, что лучше всего умирать в больнице? В обычной больнице. Скажем, в районной. Кормят так, что есть не хочется. Это звучит как метафора, между тем, именно так: пропадает желание принимать пищу. Примерно в течение дня пропадает. То есть, на второй день ты ешь на автомате: манную кашу, хлеб, масло (?) принимаешь как лекарство, как лекарство. Самое вкусное блюдо – чай. Коричневая тёплая сладкая жидкость с горьким привкусом. Его могут налить много: столько, насколько у тебя хватает личной посуды. Очень хорошо лежится в палате. Просто лежится на боку. Тело привыкает к горизонтальному положению. На боку просто удобнее. Смотришь в умывальник, медленно думаешь о чём-то. Можно сходить в туалет покурить. Покурить, разглядывая содержимое цилиндра мусорного бака. Там бинты всякие на глаз попадаются. И тянет осенней свежестью из приоткрытого окна. А там, за окном, жёлтые, красные и ещё зелёные кроны. Прохладно. На тебе такая удобная одежда. Мастерка. Спортивные брюки. И снова на боковую. В мастерке и спортивных брюках. Удобно. Лежишь, ждёшь. И при этом ничего не ждёшь. Где и когда ещё ты будешь ждать и не ждать одновременно? Время становится, действительно, абстрактной категорией. Оно есть, и какая разница? В смысле, оно идёт, а толку? Оно существует, ну и что? Оно существует между уколами. Его можно измерять в уколах. Можно не измерять, зачем? Измерят за тебя, позовут на укол. Поэтому времени нет. Времени нет как категории, в то же время времени масса, точнее, несчётное количество, его же не считаешь! Лежишь себе на боку. На спине лежать – задница болит. А так, на боку, ничего не чувствуешь. Вообще ничего. Дышишь потихоньку. Смотришь на белый умывальник. Хорошо: ничего не чувствуешь, белым-бело. Пребываешь в состоянии овоща: ничего не хочешь, ничего не ждёшь, то есть, не ждёшь сюрпризов, ни к чему не готовишься, ждёшь через несколько часов вызова медсестры в манипуляционную, то есть, не ждёшь, а знаешь, что он будет спустя время, значит, через несколько часов, крика няньки на ужин: манная каша, хлеб с маслом, чай. И законно молчишь – говорить не можешь. Соседи по палате поначалу, когда ты туда попадаешь, что-то могут спросить: прошепчешь им, покажешь знаками: «Не могу говорить». Закашляешься, обрывая внутренности какие-то ночью. Начнёшь задыхаться. Задыхаешься, хрипишь, никто в палате не обращает внимания, привыкли, не ты первый, не ты последний, сами в раскладах, стараются сберечь сон. Никто нигде не реагирует, задыхаешься себе трасцедентально в окружении живых людей. Хорошо. Хорошо от осознания экзистенциальности и предопределённости. И бренности в сущности всего сущего. То есть, подыхаешь, и понимаешь, что всё идёт своим чередом. Так и надо. Как Бог пошлёт. Ничего не ждёшь. Не ждёшь никаких сюрпризов. Как получится. Просто, задыхаясь, наблюдаешь, как выйдет. Выживешь, нет – хер его знает. Ждёшь, задыхаясь, результата этой дилеммы, который не за горами: минут пять до ответа. При этом никакой ответственности за результат. Её на себя взяли другие – люди в белых халатах. Ты никому ничего не должен, даже себе. Ты никому не должен жить. Как получится. Ты – пациент. Ты – в пассиве. Поэтому легче всего умирать в больнице. Так складывается, что осенью я лежу в больнице. Хочу в больницу. | |
|
| Ну, что, надо как бы отметиться здесь, написать чего-нибудь в этот почти живой журнал. Тем более что формально я ещё в отпуске и формально у меня куча – два дня - свободного времени. А неформально играет группа Стилерс Вилс, в эфире - популярная лет 35 назад песня Стак Ин Зе Мидл Виз Ю, и у меня, возможно, примерно столько же свободного времени, которое, я не знаю, как употребить.
Я собирался поделиться впечатлениями о Коктебеле. Не просто о Коктебеле, а о поре, когда там проходит джаз-фестиваль с оригинальным названием: «Джаз-Коктебель», не поверите! Но поскольку мне, возможно, предстоит писать про это статтю, а возможно, не предстоит, но, возможно, всё-таки, предстоит, и, стало быть, нужно приберечь впечатления для широких масс, то хотелось быть кратким.
Вкратце, история такая. Выхожу я сегодня на балкон своей киевской квартиры, зажигаю сигарету, смотрю вниз и думаю: 20 лет половозрелой жизни позади. 20 лет! 20! И нихуя. Ни отпрысков. Ни супруги там какой-нибудь. Ни этой, как её, подруги. Которая была бы таким постоянно сообщающимся со мной сосудом. В общем, 20 лет половой активности коту под хвост.
А с другой стороны. Вот есть монахи.
А ещё с одной стороны, еду я в поезде Симферополь-Киев. А там всё сплошь взрослые люди. Меня на «вы» называют. Те, кто попьянее, пытаются завязать в тамбуре беседы. А я не очень ведусь на эту тему. На тему побеседовать. Но, те, кто попьянее, у них реакция притуплена, есть порыв, они ему следуют до поры до времени - до момента, когда замечают, что беседа не клеится. Я её не клею. Молчу. Смотрю внимательно. И молчу. И тогда монолог, начинавшийся: «Ты, я вижу, парень хороший», заканчивается: «Ну… вы извините, что я к вам пристал». Однако, за это время уважаемые спутники, отцы семейств успевают намекнуть на наболевшее. И, знаете, о чём, в основном говорят отцы? О деньгах. Раз так, то какая разница? В смысле половой активности.
Мне, признаться, вообще ни о чём уже неинтересно говорить. Только поэтому и молчу.
Здесь можно поставить точку, но я обещал о Коктебеле.
Если вы любите джаз и знаете его, допустим, не хуже меня, то никогда не ездите за джазом на «Джаз-Коктебель». Его там, хорошего, мало. Меньше, чем можно предположить. Зато много вина завода «Коктебель». И завода «Солнечная долина». И поначалу это здорово. А под конец, под самый конец, под самый-самый, от этого тошнит. Не столько от вина, сколько от фактов его неограниченного присутствия и потребления. Когда молодые в сущности меломаны превращаются в бомжей – лохматых, грязных, обоссанных, массово аскающих сигареты и два рубля, на автопилоте у прилавка требующих от продавца «самого дешёвого вина» - вино там в принципе дешёвое, но им продают откровенные помои, и они, молодые меломаны, благодарно принимают бутыль бормотухи, на пороге магазина откупоривают, вливают в себя и тут же на асфальте отрубаются, истекая слюной в моментально накрывшем сне.
А уж совсем под самый-самый-самый конец на фестиваль приезжают гопники. Настоящие гопники. То есть, те, которые ставят задачу не столько отпиздить волосатых, сколько разжиться материальными ценностями.
Вот одним моя косуха понравилась. Но каждый остался при своей куртке. Я хоть в последнее время предпочитаю молчать, но это не значит, что разговаривать не умею.
После фестиваля встретил в Феодосии старого харьковского знакомого, тот поведал, что гопники обчистили палаточный лагерь. Такие дела.
Я вообще много кого в Коктебеле встретил. Таких старых знакомых, что забыл как их зовут. Имя того старого харьковского тоже не помню. А другой знакомый, в прошлом панк, интересно рассказывал, как вы думаете о чём? О различиях ведения бизнеса и хозяйства в России и Украине.
Всё-таки под коктебельским вином хорошо отжигалось. Встречаешь в энном часу ночи на набережной Гордея, с которым, в общем-то, в друзьях никогда не был, и так здорово, так весело, сам к тому моменту литр саперави и литр портвейна осилил, и он уже свою французскую пассию к тебе ревнует, а ты пытаешься ей, из последних сил вспоминая английский вокабуляр, рассказать, какая она красивая, и стебать Гордеевского компаньона музыканта-негра с ирокезом. А на следующий день к ним даже и не подходишь. Потому что о чём говорить?
А ещё я там встретил Шушу. И не удивился. Не потому что все едут в Коктебель. Она не из таких, которые по Коктебелям ездят. Просто так было надо. Не буду делиться впечатлениями от встречи. Она ж почитывает, чо я тут пишу. А я бы не хотел. Я никогда не хотел. А она не слушала.
А ещё я там почувствовал себя ангелом. Напился, конечно. Однако прежде чувствовал себя апостолом. Расту. | |
|
| Вот я и превратился в интернет-персонажа. Я - тээкстэ и эсэлджей. И 15 юзерпиков. То есть ни одного. Нет лица. Нет-лицо. Не знаю, зачем я чисто выбрился с утра? Какая разница? Я, вообще-то, женщина. Блоднинка, или, как говорят в нете, блондинго. Поэтому я блондинго. Дикая собаго блондинго. Гладко выбритойе с утра. В новой розовой рубашке. Ориджинал паплин. Хоть с утра, хоть с вечерА: разница - в усталости ступней от вьетнамок. Усталость быстро проходит, и вот я снова нет-лицо. Включённый ночью монитор не даёт отражениЯ. Я качаюсь перед монитром в такт музыке. Голова - туда, плечи - сюда. Туда, сюда, туда, сюда. Голова, плечи. Кисти рук над кавиатурОй. И ещё рюмка раки. И ещё стаканчик джин-тоника. И ещё стаканчик этого... И ещё рюмка этой... Как её? Рюмка-станканчик. Через 15 секунд вспомню. Поееехали! Эхх! И музыка замолчала, а я всё качаю головОй. Я её слышу, поэтому вот так. И она снова. И +25, отлично, лётная погода, я на балкон. Шаг влево, шаг вправо - какая глупость! Только вперёд! Шаг вперёд - я рассыпался на асфальт юзерпиками и полетел. Аккуратно рздвигая ветки деревьев разных пород. Подо мной зримо проплывают спящие фольксвагены и ланосы, можно плюнуть, я попаду. Приторможу и попаду. И раздигая ветки других пород, полечу дальше: над пустой трассой, над массой деревьев разных пород, я взмою ввысь, и проплыву кролем над телевышкой, нырну, обдеру мидии с верхушки телевышки, подброшу их вверх, они покатятся, мерцая боками в лучах прожекторов, и рассыплются, грохоча, по могилам. Бах-бах-бах-бах! Фейерверк - только перевернуться на спину и запрокинуть голову. Кувыркнуться, встать на ноги, и идти: над деревьями разных пород, над жилыми зданиями и промзонами, над железнодорожными полотнами и водными артериями, над границами, над меридианами и параллелями, устать и плыть, устать и лететь. Лететь, лететь, проливая дожди и тучи, значит, разгоняя руками. Скупые дожди. И день сменять ночью. Летать, летать, стираться, стираться, стираться. И - оп-па - стереться! | |
|
| Да, да! Йес! Она согласилась. Но завтра. - До завтра, да? - Да, до завтра! - Да! До завтра! Завтра? Эээ... Завтра... я иду на футбол... Я и билет купил... Вот... ( Завтра ) | |
|
| На работе у меня есть заместитель. Заместителя зовут Яна. Я вам про неё рассказывал, когда она ещё не была моим заместителем. Та самая Яна, которую я прозвал Мирандой. "Сэкс и мисто" смотрели? Ну вот. Чтоб вы прочувствовали контекст, напомню важнейшие серии моменты нашей с ней трудовой и не очень биографии.
Момент 1: однажды Яна чуть меня на себе не женила.
Момент 2: дважды Яна была моим непосредственным начальником.
Момент 3: у Яны муж и двое маленьких детей: мальчик и ещё один мальчик.
Момент 4: с мужем Яны у нас добрососедские отношения - мы вообще соседи по микрорайону.
Короче, поскольку в Испании катастрофически упали цены на недвижимость, мне в голову пришла конструктивная мысль: купить на испанской средиземноморской ривьере дом. Не домик - хижину дяди Тома, а дом со всеми делами. Ну, может, не со всеми, но квадратов так на 150 полезной площади.
Увы, свободных средств для совершения такой сделки нет. Но есть суперактив: двухмонатная квартира в столичной хрущёвке недалеко от центра. Зашибись! Думаю, как раз на дом в Испании хватит. Единственное, обмен моего суперактива на жилище в тёплой средиземноморской стране означает автоматическое моё туда переселение.
Вот только как мне жить в Испании? Не коммуникабельный ни хрена русский, который, вдобавок, не знает испанского языка, может, но не хочет его учить. Как с тёлками знакомиться? "Руссо матросо ага ёби-ёби окей"? Увы, так не могу, я интеллигентный тонкой душевной организации человек. И потом, не взирая на всю мою необщительность, иногда перекинуться словом с живым человеком надо. Чисто чтоб не потерять дар речи. То есть налицо перспектива свободное время проводить между двумя мониторами: спутникового телевизора с русскими программами и компьютера с русифицированным софтом. Тоска.
А не свободное время? Возникает вопрос, как им вообще обзавестись? Ведь ничем, кроме русского языка, не владею. Не программер я и не автомеханик. А надобность отечественных изданий в эссе (в иных журналистских жанрах без знания испанского хуй выступишь) с Пиренеев иссякнет быстро - в дело жизни не превратишь. И скреативил я такой вариант: открыть развлекательную газету для русских в Испании. Но быть в ней единственным профессионалом не улыбается. Уехать в Испанию, чтоб там упахиваться - увольте.
И вот поэтому с сегодняшнего дня стал уговаривать Яну поехать в Испанию на ПМЖ вместе со мной. Она бы газету потянула, я бы ей доверил столь ответственное дело, да и вообще, мне с ней весело. Мы так ржём над текстами, которые редактируем, что на нас шикают коллеги. "Нижние конечности" в оригинале у нас превращаются в "задние конечности", а в совокупности с объектом-обладателем конечностей, получается угар на полчаса: "задние конечности князя". Или вот редактирую Янин текст, встречаю там слово "михмат". Прошу Яну, человека весьма гуманитарного склада ума: объясни, что значит эта аббревиатура? Она: а что, все так говорят. Я ей, да, все так говорят. Но что это значит: сокращённо Михаил Матвеевич? Конечно, ржача ещё на полчаса. А вам, поди, и не смешно. А нам с Яной жутко весело. Или вот говорю: Яна, ты пишешь: "куда потратить деньги". Ты, что, лох? И снова ржач. Или, например, выполняю свою непосредственную обязанность - подписываю фотографию, на которой академик-историк демонстрирует горшок трипольской лепки. И подписываю так: "Правда, прикольная шапка?" Потом всё же меняю на "Правда, тонкая работа?", но оба всё равно под столом.
С работы - мы ж соседи - идём домой вместе, гуляя пару остановок метро. Яна заглядывает в "Аксессорайз" или как там оно называется, объясняет, ей это поднимает настроение. Я раз заглянул, мне быстро стало скучно, с тех пор Яна заглядывает в "Аксессорайз" сама, а я сижу на парапете, говорю: я лучше покурю, на тёлок повтыкаю.
Однажды по пути домой мы заглянули в секс-шоп. Вообще-то собирались в сток одежды, но тот был закрыт, в отличие от соседней двери секс-шопа, ассортимент которого мы, позёвывая, и изучили. Уже в метро Яна спохватилась: "Бля, надеюсь, никто из знакомых нас заходящими в секс-шоп не видел. Вадик (муж то есть) не поверит никаким отмазкам".
Вот поэтому говорю сегодня Яне: "Поехали в Испанию! Пальмы, море, вся хуйня!" Учитывая одержимость Яниного мужа удачными инвестициями - он, как и мы, в экономическом издании трудится - можно оценивать шансы нашего дружного переезда как реальные. | |
|
| В жэжэ 25-летнего хлопца наткнулся на признание, что у того за всю жизнь один серьёзный роман был. Причём, он не особо выпячивает сей факт, органично вплетя его в учебно-профессиональную карьеру. А у меня полгода от последней "любви до гроба" и месяц - от последнего секса. И "всё пропало".
Друзья, запомните! К хорошему привыкаешь быстро.
Так, где мои порножурналы? | |
|
| Казантип. Полчаса до танцпола. Идти полчаса. Солнце. Горячий асфальт. Пустая улица. Улица одна. Одна. Где-то в 200-300-х метрах море. Тихо. Море не шумит. Кузнечики. Дорога вдоль выгоревших пятиэтажек. Магазин. Словацкое пиво. Раньше не пробовал. И позже - тоже. Идёшь себе и идёшь. Жизнь прекрасна. Капитолина Деловая. Танцы. И ночью тоже идёшь полчаса по улице. Позади затихает низкочастотное уханье. Ещё двадцать минут до дома. Звёзды. Темно. Кузнечики. Или сверчки? Голоса где-то. Не страшно. Тепло.Один. Вот это лето. | |
|
| "У меня сложная жизнь. Я одинок, у меня нет друзей. Так что я тебе отчасти завидую" Я хочу пить водку, чесать задницу и быть любимым. Из ыт посибл? Ит изнт посибл. От таких мелочей зависит судьба. Для начала было бы с кем ходить на сеансы арт-хаусного кино. Мои глаза устали в метрополитене. ипал йа метки и юсэрпиг, а вы обрасчаете внимание? | |
|
| Стал бегать в парке. Особо не худеецо, ибо если не пожру мяса/рыбы или сладостей или каких-нибудь бутеров с сыром, чуйство голода нифига не удовлетворяецо. Проверено постами, во время которых жрать хочу постоянно и толстею на картохе и хлебе безбожно непадецки.
Однако бегать начал не столько ради борьбы с жировой прослойкой, сколько ради физических нагрузок как таковых. Работа ж сидячая, если не сказать «не бей лежачего». Общий тонус подупал, во время редкого секса быстро выдыхаюсь физически и задыхаюсь одновременно. А главное, таким образом убегаю от бессонницы. Оно ж, пока не измордуешь себя – не заснёшь. А за компом можно мордоваться сутки к ряду – и без толку. В первый раз надел кроссовки и побежал аккурат в полночь, а шо делать?
Проблема же вот в чём. Бегаю в парке – он у меня через дорогу. Стадионов поблизости нету. Я бы с удовольствием бегал по стадиону – компенсировал бы природную безалаберность дисциплинированным отсчетом кругов-секунд, вычислением в уме скоростей. Я люблю такое – наравне с мытьём посуды. Вот мыть пол – не прикольно. Пол, он один на всю квартиру, чего его считать. А грязных тарелок много. В итоге все тарелки чистые, а пол – чёрного цвета. Ну, ничо, через пять дней родительница приезжает – будет чем заняться. А я её вкусной хавкой покормлю, готовлю лучше, чем она.
Ага, проблема. Она в собаках. В парке их, сук, выгуливают. А я нервный человек. Чтобы мне стало не по себе, достаточно этой твари оказаться поблизости без поводка. А я за дыханием слежу, и оно в результате может, чего доброго, сбиться. А я ж говорил, что задыхаюсь – ибо курю. А если эта падла ещё гавкать начинает… А если ещё и гонится, сука, за тобой. И при этом по-дурному гавкает. То приходится останавливаться не только дыханию, но и всему остальному. То есть, приходится стоять к ней лицом и ждать, пока эту сука либо попустится сама, либо ее попустят беззаботные, сука, хозяева. Конечно, можно ей с ноги по ощерившемуся еблищу… Как раз тут собака и зарыта.
Я ж не для того каждый вечер надеваю кросы, шорты, футболку, ветровку, слежу за дыханием, чтобы убить/отпиздить одну собаку. То есть как бы проблемы убить собаку нет. Я могу. И даже хочу. Но, во-первых, я человек верующий, и не по-христиански это собак мочить. Во-вторых, я ж после такого единоличного суда Линча буду вынужден бегать по собственной квартире, ибо любители животных людей любят меньше. А квартира у меня не то чтобы конура, но для джоггинга совсем не подходящая.
Внимание, вопрос: как с этим собакофильским беспределом бороться? Как их, сукаводов, заставить держать своих сук на поводках или надевать на них намордники?
Сёдня не выдержал, на обратном пути разгорячённый уверенным шагом подошёл к владелице погнавшейся за мной суки и рассказал, сука, про её права и обязанности, через междометие «блять», вырвавшееся очень к слову. И пообещал, что в следующий раз выйду на тропу здоровья с дубиной. Но ведь это не системное решение проблемы.
Как заставить любителей природы держать природу в узде? Зе рыз э квэсщон!
Пришедшие в голову варианты ответа:
1) брать на пробежку в качестве отягощения для мускулов флакон серной кислоты;
2) организовать бегунов на показательный погром собаководов. Нас в совокупности больше. Но мы интроверты, молчаливые одиночки. А суковладельцы, как известно, очень похожи на своих домашних (?) любимцев: горазды пиздеть, совокупляться и собираться стаями. Такшо шансы воплотить такое решение в жизнь, увы, минимальны.
Может быть, дорогие читатели, у вас есть другие варианты ответа: более или менее гуманные (впрочем, как в понятие «гуманность» может входить лояльность к тварям, гуманоидами не являющимся?), а главное, эффективные?
Отдельно для читающих собаководов. Дорогие мои враги, если уж вы не подбираете за своими «домочадцами» гавно по улицам, и из-за вас мы, люди, должны любоваться по весне залежами срачья собачьего, и не желаете осуществлять выгул в специальных местах (отмазка «где такие места взять?» не катит ни разу. Город – ареал обитания людей. И только людей. Собакам место у параши в будке на цепи в частном доме в селе или в субурбиане, если вдруг у вас нет собственного замка), то хотя бы надевайте на ваших, сука, братьев меньших намордники. Чтоб минимизировать для остальных эффект их неуместного присутствия. Иначе нервы сдадут, и я, или какой-нибудь подобный мне бегун или прохожий на очередное надсадное «гав!!» ответит смертельным ударом ноги по безмозглой собачьей голове. Или как вашей собачке понравится слепой кислотный дождик? А собачка-то, и правда, может оказаться вашей. | |
|
| |
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
firestarterr's journal